21 августа 1929 года родилась народная артистка СССР Вия Фрицевна Артмане.
Вия родилась в бедной крестьянской семье недалеко от Риги. Необычное имя ей дала мать. У разных народов оно толкуется по-своему: у латышей означает «ветерок».
Отец Вии умер ещё до её рождения, поэтому детство у девочки было тяжёлым. Школу ей заменил тяжёлый крестьянский труд: с раннего утра она хлопотала по хозяйству, кормила и пасла скот, убиралась в хлеву и в доме. Впрочем, мать сама научила дочь читать и считать, так что в развитии Вия почти не отставала от ровесников.
В годы немецкой оккупации их хозяйство было разорено. Поэтому Вия с матерью переехали в Ригу. Там девочка пошла в школу, которую окончила в 1946 году уже в советской Латвии.
Потом была учёба в театральной студии, а затем полвека службы на сцене главного театра республики — Художественного театра имени Райниса.
Свою жизнь она без остатка отдала театральной сцене и киноэкрану, зачастую в ущерб здоровью, семье и собственному счастью. В её послужном списке более сотни киноролей, и почти все они первого плана. Не менее успешной была её театральная судьба: долгие годы Артмане оставалась примой Рижского Художественного театра имени Я. Райниса, а её авторитет в актёрской среде был непререкаем не только в Латвии, но и во всём СССР.
Однако народная мудрость не зря гласит: чем выше взлёт, тем больнее падение. После отделения Латвии от СССР в республике начались притеснения русскоязычного населения: считалось, что все русские, а также белорусы, украинцы, татары и прочие национальности, живущие на её территории, так или иначе связаны с периодом советской «оккупации» и виновны уже самим фактом своего пребывания среди латышей.
К сожалению, подобные гонения затронули не только их, но и многих коренных латышей. Тех, кто занимал высокие посты или добился успеха в советском государстве. В их число попала и Вия Артмане.
Актрисе было уже за шестьдесят, когда новые власти лишили её не только почёта и уважения со стороны государственных структур, но и заслуженной пенсии, а также просторной квартиры в центре Риги, которую ей с мужем, как тысячам других латышей, когда-то предоставила советская власть. Ей припомнили и членство в партии, и депутатский мандат. Были даже попытки возбудить против неё уголовное дело, якобы за участие в «осуждении героев освободительного движения».
И формальный повод для этого был: будучи депутатом Верховного совета Латвийской ССР, Артмане, как и остальные депутаты, проголосовала за введение в законодательство республики уголовных статей об ответственности за поддержку националистических движений и героизацию бывших пособников немецкого фашизма. По этим статьям в республике действительно выносились реальные приговоры.
Обвинение в итоге развалилось, так как выяснилось, что актриса даже не присутствовала на тех депутатских заседаниях, где были утверждены эти законы. Но её всё равно не оставили в покое. Специальным указом актрису лишили квартиры, пенсии, званий и всех республиканских наград.
В шестьдесят два года она перебралась в щитовой дачный домик своей дочери под Ригой, не желая стеснять её семью в и без того тесной городской квартире. Первые два года в этом доме не было никаких удобств, лишь небольшая дровяная печка. Уже немолодая, с подорванным здоровьем женщина была вынуждена круглый год пользоваться уличным туалетом и носить воду из колодца.
Но Вия Артмане старалась не падать духом и даже в таких условиях умела делать свою жизнь красивой и уютной. Позже, поняв, что мать не собирается переезжать в город, сын с дочерью сделали ремонт этого дома. Там появились газовое отопление, водопровод и канализация. Просторнее жильё, впрочем, не стало, а скорее наоборот. Но Вия Фрицевна была бесконечно благодарна своим детям!
В этом дачном домике знаменитая актриса, некогда кумир всей страны и гордость своей республики, прожила последние пятнадцать лет жизни. Дети, конечно, часто её навещали, но, по сути, пожилая женщина жила одна.
Однажды дочь заметила, что мать ведёт себя странно: заговаривается, теряет память, у неё нарушилась координация. Обследование у врачей показало, что Вия Артмане недавно перенесла инсульт. Не исключён и следующий, а значит, необходимо стационарное лечение. Её поместили в клинику, но терапия не помогла: состояние ухудшилось, и вскоре актрисы не стало.
Чтобы понять всю драматичность отношений матери и дочери, нужно вернуться на много лет назад.
В 1956 году Вия Артмане вышла замуж за известного латвийского артиста Артура Димитерса, с которым они играли на одной сцене. В театре ни для кого не было секретом, что Вия уступила настойчивым ухаживаниям Артура и вышла замуж без любви.
Значительно позже, уже после смерти Димитерса, близкий друг их семьи признался: Артур шантажировал Вию, грозя погубить её карьеру, если она ему откажет. А театр и кино значили для неё больше, чем сама жизнь.
Через год родился сын Каспар, ещё через несколько лет — дочь Кристиана. Супруги прожили вместе более тридцати лет, до самой смерти Артура. Любви к мужу у Вии не было, однако все видели, что она уважает супруга и безгранично любит детей.
Уже после его кончины она рассказала повзрослевшим детям правду о своих отношениях с их отцом. И они поняли её, не осудив. А незадолго до своей смерти актриса призналась старшему сыну, что у его младшей сестры Кристианы другой отец — известный советский актёр Евгений Матвеев, которого к тому времени уже не было в живых.
Признаться в этом дочери она сама так и не решилась, попросив сделать это сына после её смерти. Она боялась осуждения Кристианы, которая в последние годы очень трогательно заботилась о матери. Но и унести тайну с собой в могилу тоже не могла.
Известно, что незадолго до смерти Вия Артмане приняла православие, исповедовалась у духовного наставника, и, возможно, именно он посоветовал ей открыть правду дочери.
Актрисы не стало 11 октября 2008 года. Похоронили её тихо, в узком кругу близких. Власти никак не отреагировали на её уход. Позже дочь обратилась в Союз театральных деятелей Латвии с просьбой выделить средства на памятник.
Знакомый юрист разъяснил, что по закону полагаются такие выплаты. Однако в СТД Латвии сухо ответили: Вия Артмане давно исключена из общества, а потому оснований для выплат и компенсаций нет.
