Анастасия Волочкова заглянула в гости к Елене Ханге — и, разумеется, сразу с порога вывалила всю свою накопившуюся боль, едва не срываясь на слёзы. Балерина с первых же минут принялась делиться сокровенным, рассказывая о том, как близкие люди жестоко с ней поступали, пользовались её доверчивостью и вставляли палки в колеса.
Как вспоминает сама Анастасия, её матушка с самого начала держала всё под жёстким контролем и даже помогла в своё время разорвать отношения с Сулейманом Керимовым.
«Моя мама хотела стать балериной, она не стала. Она хотела там, может, реализоваться как-то в работе, но слушай, но она работала, ну, не на любимой работе… Тяжело там всё с папой было тоже у них. Тут она видит так, дочь балериной стала. Здесь она успешная, здесь у неё ещё и ухажёры, да? Здесь у неё ещё вот и олигарх у неё теперь. Она и олигарха не приняла. Ну, она сначала от олигарха всё же приняла. Всё приняла. Я, живя с Сулейманом, я не попросила ни копейки денег за все 2,5 года…»
Апофеозом этой финансовой истории стало то, что Керимов щедро подарил балерине две квартиры — в Москве и Санкт-Петербурге, а также просторное помещение под балетную студию площадью двести квадратных метров. Но бдительная родительница тут же подсуетилась.
«А мама сказала: «Можно я на себя оформлю эту квартиру?» Ну, не квартиру, студию вот эту, чтобы тебе налоги не платить. Я говорю: «Налоги можно подумать, ты платила налоги». Вот, в общем, всё оформила».
Когда же бурный роман подошёл к концу и у Волочковой наступил тяжелый период, выяснилась страшная правда.
«Когда уже мы с Сулейманом расстались, мне реально, Лена, не начто было жить, понимаешь? И я тогда посадила маму за стол переговоров и сказала ей: «Мам, мне жить не на что и концерты мои не на что организовывать. Можно я продам эту студию?» Она говорит мне: «Знаешь, а этой студии уже нет, я её давно продала»».
Оказалось, что предприимчивая мама оформила подарок на себя и провернула сделку, заявив дочери, что это помещение якобы предназначалось вовсе не для балета, а под цветочный магазин.
Не менее тяжёлым ударом для балерины стали отношения с дочерью Ариадной и матерью, которая, по словам Анастасии, бросила ей в лицо страшное проклятие. Всё началось в тот момент, когда Волочкова отказалась платить пожизненные проценты со всех своих концертов.
«Она села со мной за стол переговоров и говорит мне: «Настя, сколько ты мне будешь платить процентов за вот все твои концерты вот пожизненно? Сколько? Я же тебя сделаю. Если бы не я, ты бы не стала балериной»».
Получив отказ, мать выдала фразу, которую артистка до сих пор вспоминает с содроганием:
«Я сделаю всё, чтобы отношения твои с дочерью были хуже, чем мои с тобой».
Настя признаётся, что восприняла это как проклятие — и мать своего добилась. При этом саму балерину родственники бесконечно упрекают в том, что она якобы не уделяла времени ребёнку с пелёнок. Волочкова с жаром возражает: у Ариши с рождения были лучшие няни, шикарная жизнь в квартире, подаренной Керимовым, лучшие педагоги вроде Аллы Духовой и Станислава Попова. Сама же она помчалась репетировать балет «Баядерка» на третий день после родов, сразу после телефонного звонка самого Юрия Григоровича прямо в родильный палатку к главному врачу Марку Курцеру.
Но где же система дала сбой?
Поворотным моментом стал тот возраст, когда девочка переехала к отцу, Игорю Вдовину. Анастасия рассказывает, как экс-супруг фактически перекупил ребёнка обещаниями и подарками, воспользовавшись удобным моментом. При этом сама балерина в своё время одолжила бывшему мужу огромную сумму — три с половиной миллиона долларов заработанных непосильным трудом денег, которые ей так и не вернули сполна, выдав лишь квадратные метры в недостроенных астраханских объектах.
Особенно болезненной темой стала недавняя свадьба Ариадны. Звезда сама вызвалась организовать торжество в петербургском особняке Мясникова, взяв на себя все расходы.
«Конечно, я решила подарить Арише свадьбу… Я быстренько на следующий день связалась с этим особняком, договорилась сама, съездила в Питер и в тронном зале, в красивом золотом, я это всё сделала».
Однако в итоге на саму московскую часть торжества и венчание звёздную маму даже не позвали, узнав обо всём постфактум от журналистов.
«Ты знаешь, когда мне сказали, что она фамилию поменяла, фамилию Волочкова поменять на, прости, Господи, ну, извини, Никита, пожалуйста, на Григорян? Ариадна Григорян теперь…»
Доверчивую артистку заблокировали в соцсетях собственные близкие.
«Мы как? Я в блоке, как мы общаемся? Дочка меня заблокировала, понимаешь? Мамы нет. Мама после того, как оплатила её свадьбу, она тебя блокирует… Там у нас разные были периоды. То разблокируют, то заблокируют, но когда оплатила свадьбу, это ладно, потому что да, это недешёвое удовольствие было».
Обращаясь к дочери прямо через объектив камеры, Анастасия в очередной раз напоминает:
«Ариш, послушай меня ещё раз. Ты всю жизнь будешь всегда дочерью Анастасии Волочковой».
Если вы смотрели хоть одно интервью с Настей Волочковой, здесь вы вряд ли услышите что-то принципиально новое. Дальше разговор неизбежно заходит про её любимый театр, про чудовищную несправедливость со стороны коллег и про то, какая она всё-таки великая звезда. Разумеется, не обходится и без традиционных баек о романе с Джимом Керри и постоянных напоминаний о щедрости Сулеймана Керимова, тень которого сопровождает каждое воспоминание.
Ну а венцом этого парада откровений становится совершенно невероятный сюжетный поворот: оказывается, саму королеву шпагата в своё время приглашали на печально известный остров Эпштейна! Представьте себе и такое!
Дальше следует привычное самовосхваление: рассказы о том, как она невероятна, как с лёгкостью сделала фирменный шпагат уже на второй день после сложнейшей операции, как гордится собой и своим несгибаемым характером вопреки всем ударам судьбы.
Волочкова рассуждает о том, как её все бессовестно использовали, как она всегда была готова отдавать людям последнее, но в ответ не дождалась ничего, кроме чёрной неблагодарности.
Сегодня самыми близкими и преданными людьми для неё остаются верные друзья — домработница Лолочка и Рустам — именно их балерина называет своей настоящей семьёй. И всё же Анастасия искренне верит, что дочка со временем перерастёт максимализм, одумается, вернётся к маме и с порога произнесёт те самые долгожданные слова: «Мама, прости, я была не права».
Ну и напоследок (уж простите, но это совсем перебор) не могу не спросить: за чей счёт был этот праздник блюра? Фильтры на картинке выставлены на такой максимум, что лица героинь превратились в абсолютно гладких младенцев без единой мимической складки. Зачем делать из картинки такое мыло??
