Черноморское побережье Кавказа. Окрестности Сочи, Лазаревское. Соленый ветер с моря, узкие улочки и лесистые горы, нависающие над крышами домов как строгие стражи.
Здесь и появился на свет наш герой. В свидетельстве о рождении у него было написано — Сергей Арутюнян. Звучит гордо, по-мужски, в советской школе конца семидесятых это имя вызывала восхищение среди сверстников.
Его отец, Николай Геворкович, был человеком старой закалки. Амшенский армянин, чьи предки век жили на этой земле, он знал цену труду и чести. Но жизнь среди русских сделала свое дело: дома говорили в семье Арутюнян преимущественно по-русски, армянский язык остался лишь отголоском дедовских застолий.
Однако кровь — удивительная вещь. Она помнит всё. И когда этот мальчик вырастет в самого богатого человека юга России, эта самая кровь будет диктовать ему правила жизни, совершенно отличные от правил его коллег по списку «Форбс». Он построит империю, а потом спустит миллиарды не на золотые унитазы, а на то, чтобы превратить пыльную кубанскую степь в цветущий сад.
— Знаешь, почему я никогда не жалею денег на парк? — говорил мне однажды Галицкий, глядя на искусственный водопад. — Потому что мои прадеды были крестьянами. Они умели только одно — превращать камень в плодородную почву. Я просто продолжаю их дело, только вместо лопаты у меня экскаватор Caterpillar.
«Или берешь фамилию жены, или свадьбы не будет»
История любви Сергея и Виктории Галицких — это готовый сценарий для большого кино, где комедия соседствует с шекспировской драмой. Кубанский государственный университет, экономический факультет. Он — настырный парень с тяжелым взглядом, она — красавица-станичница Виктория Николаевна Лакшина, родившаяся 5 сентября 1971 года.
Шесть месяцев осады. Букеты, провожания до дома, разговоры до рассвета. Наконец, родители Виктории сдались, но выдвинули ультиматум, который сегодня кажется анекдотом, а тогда звучал как приговор семейному счастью.
— Мне тесть так и сказал, — вспоминал друг бизнесмена Андрей Сибидаш со слов самого Сергея. — Коля, говорит, твой сын отличный парень, спору нет. Но фамилия Арутюнян к моей дочери не пристанет. У нас род старинный, казачий. Внуки должны быть казаки. Либо зять берет фамилию Галицкий, либо пусть идет своей дорогой…
И Сергей вынужденно согласился… Венчание состоялось в 1995 году. Это была тихая свадьба без цыганских хороводов. Фамилию сменил жених. Сергей Николаевич Арутюнян навсегда исчез из официальных документов, став Сергеем Николаевичем Галицким. Говорят, отец Сережи, Николай Геворкович, узнав об этом решении, долго молчал, а потом тяжело вздохнул и махнул рукой:
— Ну что ж, лишь бы человек был хороший…
Для гордого армянина согласиться на такое ради невесты сына — это акт невероятного смирения и огромной любви к сыну…
Как фундук превратился в желто-зеленые магазины
Сергей Галицкий получил высшее образование в Краснодаре, окончив экономический факультет Кубанского государственного университета в 1993 году. По специальности «финансы и кредит».
Учеба пришлась на переломный исторический момент — излом советской эпохи, поэтому Сергей Николаевич сочетал лекции по макроэкономике с практикой в только формирующемся российском рынке. Стоит отметить глубокую привязанность миллиардера к своей альма-матер: в сентябре 2019 года Галицкий подарил родному университету профессиональное футбольное поле в честь юбилея образовательного учреждения. Признавшись руководству вуза, что ему очень приятно отблагодарить университет за студенческие годы.
До того как появились первые красно-белые вывески «Магнит», будущий миллиардер торговал всем подряд. В студенчестве еще разгружал вагоны, продавал собранные в лесу орехи фундук, приторговывал парфюмом.
В 1994 году они с партнером создали компанию «Трансазия». Галина Гордеева, бухгалтер той первой фирмы, рассказывала:
— Он приходил в офис в одной и той же рубашке три дня подряд. Спал на раскладушке прямо в кабинете. Когда мы получили первую серьезную прибыль, он не купил себе машину. Он купил фуру „Рено“, потому что машина — это пассив, а фура приносит деньги.
В 1995 году рождается «Тандер». Три года спустя, в 1998-м, в Краснодаре открывается первый магазин формата Cash & Carry (плати и забирай товар). Сегодня сеть насчитывает более 29 тысяч магазинов, но началось всё с одной тесной точки, где пахло дешевым стиральным порошком и колбасой.
Верная жена Виктория всегда была рядом. Не на совещаниях в советах директоров — там ей было скучно. Она вела домашний тыл, воспитывала дочь Полину (которая, к слову, пошла по стопам родителей и окончила тот же экономфак КубГУ). Она была тем самым голосом разума, который останавливал мужа, когда он хотел заложить последнее имущество ради новой оптовой закупки.
Сергей, несмотря на свою жесткость в бизнесе, придерживался весьма консервативных взглядов на роль женщины:
— Женщина и большой бизнес — вещи несовместимые, если женщина хочет остаться женщиной. Я буду счастливейшим человеком, если моя Полина никогда не узнает, что такое кассовый разрыв в пятницу вечером. Пусть лучше печет пироги. Хотя работать она обязана, лень я ненавижу больше, чем глупость.
Футбольная молитва и слезы на поле
Для большинства людей футбол — это беготня за мячом двадцать два человека. Для Галицкого это религия. Строительство стадиона «Краснодар», похожего на древнеримский Колизей из стекла и черного мрамора, обошлось ему почти в 20 миллиардов рублей личных средств. Академия клуба, интернат для мальчишек со всей страны — еще десятки миллиардов.
Когда клуб в 2025-м году стал чемпионом России, весь город высыпал на улицы. А сам Сергей Николаевич сидел в VIP-ложе, смотрел на зеленый газон и плакал. Крупные мужские слезы катились по щекам, которых едва коснулся южный загар.
Он не стеснялся их. Человек, сколотивший состояние на гречке и туалетной бумаге, рыдал от счастья, потому что победил он не благодаря перекупленным звездам, а своим парням, выращенным здесь, на родной земле.
Парк, которому завидуют Дубай и Монако
Если вы не видели Парк «Краснодар», вы не понимаете масштаб личности этого человека. Там нет ни одного квадратного метра рекламы. Нет дешевых аттракционов.
Там есть Японский сад — самый большой за пределами Страны восходящего солнца, где каждый камешек везли специально. Есть амфитеатр, где зимой заливают огромный каток. Есть «Озеро старости» — философское место с пагодами, куда приходят думать. Есть «Кроличья нора» — детский городок, напоминающий иллюстрации к сказкам Билибина. И знаменитые «Висячие сады», утопающие в бугенвиллеях и розах.
Всё это построено на деньги человека, чья настоящая фамилия напоминает о древних храмах Эчмиадзина. Галицкий создал пространство, где миллионер и студент могут сидеть на одной скамейке, и никто не будет чувствовать себя лишним.
— Деньги — это всего лишь функция, — отрезал он как-то журналистам. — Вы думаете, я трачу свои? Нет. Я просто держатель кассы общества. Если я заберу эти деньги в могилу, я буду самым большим дураком на кладбище. В гробу карманов нет. Второй завтрак ты всё равно не съешь, он станет обедом, а потом отравит тебя.
Удар судьбы и холодное дыхание палаты
Жизнь редко бывает благодарна к таким людям. В 2018 году Сергею пришлось продать львиную долю акций «Магнита» банку ВТБ за 138 миллиардов рублей. Причина была не в деньгах. Причина была в том, что начали стремительно меняться времена.
— Я перестал узнавать свой магазин, — признавался Галицкий. — Темп, который я задавал в сорок лет, чуть не убил меня в пятьдесят. Бизнес — это интеллектуальная дуэль, а я начал проигрывать молодым волкам физически.
Сергей овдовел. Многие ждали, что он сломается, сопьется или уедет доживать век на Багамские острова. Но характер, закаленный в крови Николая Геворковича Арутюняна, оказался крепче стали. Он продолжил стройку.
Более того, вместе с братом покойной жены (который, по мистическому совпадению, тоже носит имя Сергей Николаевич Галицкий) наш герой на Кубани основал винодельню. Теперь на склонах холмов созревает виноград, превращаясь в вино, которое пьет вся элита страны.
Маленькая победа над большой бедой
Но беда, как известно, не приходит одна. Вскоре страшный диагноз поставили и самому Сергею. Та же беспощадная напасть, что у жены была.
— Да, для Краснодара уже не секрет, что со мною, — спокойно говорил он, сидя в своем кабинете с видом на стадион. — На матчи теперь выбираюсь реже. Сил не хватает сидеть все девяносто минут. Жизнь диктует свои правила, хотим мы того или нет. Но пока я дышу, мой клуб будет играть в футбол, а мои деревья будут расти.
*
Сейчас у него наступила ремиссия — маленькая победа. Сам миллиардер философски относится к происходящему, отмечая, что человек часто перестает быть хозяином своей судьбы, но обязан продолжать начатые дела ради будущего поколения. Чтобы гарантировать жизнь своих проектов после своего ухода, он намеренно выстроил систему управления футбольным клубом так, чтобы она больше не зависела от одного человека, передав часть полномочий дочери Полине.
Дочь Полина
Полина Сергеевна Галицкая родилась 2 ноября 1995 года в Краснодаре. С ранних лет росла в атмосфере невероятного достатка, но отец принципиально воспитывал ее без излишеств.
В отличие от многих детей олигархов, она не стала вести жизнь избалованной наследницы-мажорки. Училась в обычной городской гимназии Краснодара, одевалась скромно и никогда не выставляла напоказ богатство семьи.
Несмотря на тягу к изучению иностранных языков, Сергей Николаевич убедил дочь выбрать более практичную стезю. Поэтому Полина окончила Кубанский государственный университет, получив диплом экономиста. И сполна унаследовала армянские гены отца — у нее внешность настоящей юной армянки.
В возрасте 18 лет, будучи еще студенткой, Полина вышла замуж за Артема Лукомца — молодого человека из хорошей краснодарской семьи, сына друга отца. Однако этот союз продлился всего около года. Сказался непримиримый армянский характер девушки и нежелание мужа соответствовать строгим ожиданиям тестя, после чего супруги развелись, так и не заведя детей.
Сейчас Полине 30 лет, она по-прежнему закрыто живет и работает в родном Краснодаре, официально остается не замужем. Входит в топ богатейших невест России. Помогает отцу справляться с управлением его огромной империей в непростое для семьи время.
Сегодня он живет между капельницами, заседаниями попечительского совета фонда «Солнечный круг» и планерками на стройке нового крыла академии.
Он отказался давать дочери Полине всё свое состояние, оставив ей лишь малую часть. Основной капитал завещан фондам, стадиону и городу. Наследство должно быть в голове и руках, а не на банковском счете.
Глядя на этого уставшего, больного, но несгибаемого человека, хочется спросить остальных обитателей золотых списков: господа, вот перед вами стоит создатель империи. Он отдал вам продукты дешевле, дал вашим детям работу грузчиками и директорами, построил вам рай на земле бесплатно. Почему же ваши руки так скупы, а сердца похожи на выжженную солнцем целину…?
