Елену Образцову миллионы знали как сильную женщину и великую певицу. Но в личной жизни всё было гораздо сложнее. Особенно непросто складывались её отношения с единственной дочерью Леной.
В юности девочка тяжело переживала семейные проблемы. Она была очень привязана к отцу Вячеславу Макарову, который фактически один занимался её воспитанием, пока знаменитая жена месяцами находилась на гастролях. В одном из детских писем Лена даже признавалась, что почти забывает, как выглядит мама.
Перелом наступил, когда в жизни Образцовой появился дирижёр Большого театра Альгис Жюрайтис.
Сначала он был другом семьи, но постепенно отношения стали романтическими. Причём первой почувствовала неладное именно дочь.
Образцова призналась мужу, что полюбила другого, лишь спустя два года. Для неё этот роман стал началом нового этапа жизни, а для Лены настоящей семейной драмой. Девочка считала, что мать предала отца, который столько лет был рядом.
Десятиклассница замкнулась, начала демонстративно курить и практически перестала разговаривать с матерью.
Однажды, когда её поймали с сигаретой возле школы, Лена неожиданно расплакалась и рассказала директору о происходящем дома. Тот понял, что за подростковым бунтом скрывается гораздо более серьёзная боль, и решил не отчислять ученицу.
С самой Образцовой дочь не разговаривала годами. Даже при случайных встречах обращалась к ней подчеркнуто официально: «Здравствуйте, Елена Васильевна».
Певица пыталась вернуть доверие дочери, звонила, просила прощения и объясняла свои чувства. Переживания оказались настолько сильными, что Образцова даже потеряла голос и была вынуждена отменить концерты.
Тем временем её отношения с Жюрайтисом продолжались 17 лет. Они были счастливы вместе, но после смерти дирижёра в 1998 году певица пережила тяжелейший период. Спасением стала работа.
Со временем отношения с дочерью всё же немного потеплели. Повзрослевшая Лена сама стала матерью, а позже даже выходила с Образцовой на одну сцену. Казалось, старая семейная история постепенно уходит в прошлое.
Но после смерти певицы в 2015 году стало понятно, что обида никуда не исчезла.
Когда родственники приехали на дачу Образцовой, они обнаружили, что фотографии Альгиса Жюрайтиса исчезли.
Дочь сняла их со стен: часть снимков была разорвана, другие сожжены. От воспоминаний о 17 годах счастья матери остались лишь следы от рамок и гвоздей.
И всё же сама Образцова, несмотря на сложные отношения с дочерью, до конца оставалась матерью. Всё своё наследство она оставила Лене.
Так и получилось, что спустя десятилетия после семейной драмы мать и дочь так и не смогли полностью стереть прошлое каждая по-своему переживала одну и ту же историю.
