В японском городе Танабе, стоит роскошный особняк, который местные жители обходили стороной.
За его высокими стенами 77-летний Косуке Нодзаки праздновал свой триумф. Человек, начавший с продажи металлолома и кoнтpaцeптивов школьникам, сколотил состояние на кредитах и недвижимости. Но истинной валютой для него всегда были женщины.
— Я не строю храмы, — любил повторять японский Казанова журналистам, поправляя дорогой галстук. — Я дарю любовь женщинам.
Своих женщин Косуке Нодзаки брал не изысканными комплиментами или романтическими ужинами при свечах, а пугающей прямотой и весомостью банковской карты. Его главным оружием была шоковая тактика: он никогда не тратил время на долгие ухаживания.
— Когда я встречаю элегантную красотку, которая мне нравится, то моментально подхожу и задаю ей прямой вопрос, — признавался старик в своей автобиографии.
…Если девушка казалась японскому Казанове достойной внимания, он без лишних церемоний предлагал 400 тысяч йен за одну ночь, превращая соблазнение в сухую коммерческую сделку, от которой мало кто мог отказаться. Он буквально покупал доступ к телам, потратив на это около трех миллиардов йен. Для него кошелек был продолжением его мужского достоинства. И этот циничный, почти механический подход к покупке женского расположения работал безупречно на протяжении десятилетий.
К маю 2018 года счетчик в его голове остановился на цифре 3999. Четыре тысячи покоренных сердец требовали финального аккорда. И этим аккордом стала Судо Хаяки — двадцатидвухлетняя девушка, чья красота казалась слишком безупречной для этого мира.
Арифметика страсти (Разница в пятьдесят пять лет)
Их знакомство напоминало сделку века. Он встретил её в элитном клубе, где воздух пах деньгами и отчаянием. Косуке был очарован её молчанием. Она не хихикала, как сотни других студенток, и не требовала немедленно купить ей новую сумку от Луи Виттона.
— Ты будешь моей королевой, — прохрипел старик, наклоняясь через стол. Его дыхание пахло дорогим сакэ и лекарствами от давления.
— У меня есть условия, — спокойно ответила Судо. — Миллион йен в месяц на карманные расходы. Отдельно. Не из тех денег, что ты тратишь на рестораны.
В переводе на русский язык — 500 тысяч рублей. Нодзаки расхохотался так громко, что зазвенели бокалы. Для него это была просто мелочь. Он согласился. Свадьба была тихой, хотя японская пресса взорвалась заголовками о «самом циничном мезальянсе десятилетия».
Анатомия последнего ужина
Семейная идиллия их продлилась ровно девяносто два дня. Вечером 14 мая 2018 года они сидели за низким столиком в гостиной. Старик рассказывал очередную байку о том, как в семидесятых доставлял резинки по адресам, а девушки-курьеры помогали ему сбывать товар вдвое быстрее.
Судо смотрела на него своими огромными глазами. В них не было ни любви, ни ненависти — только вежливая скука хищника, наблюдающего за старой черепахой. Она подала ему напиток. Коктейль собственного приготовления.
— Пей, милый, это новый тоник. Говорят, бодрит лучше виагры, — произнесла она фразу, которая позже станет легендой среди токийских прокуроров.
Косуке осушил стакан залпом…
Скелеты в сейфе — Почему жена не заплакала
Когда приехала полиция, Судо Хаяки вовсе не рыдала у тела мужа. Она методично собирала документы. Её спокойствие пугало следователей больше, чем сам факт внезапной смерти миллионера.
Вскоре вскрылись неприятные детали. Оказалось, что прямо перед свадьбой Дон Жуан начал уставать. Адвокаты подтвердили: за неделю до рокового ужина 77-летний бизнесмен консультировался по поводу развода.
— Старая гвардия возвращается, — якобы сказал он юристу. — Она слишком много молчит. Мне нужны скандалы, мне нужна жизнь!
Для Судо развод означал финансовый крах. По японским законам при расторжении брака после столь короткого срока она получала бы гроши. Но статус законной вдовы сулил ей половину империи, построенной на кредитных процентах и женских слезах.
Кроме того, следователи нашли в истории браузера её телефона запросы, которые никак не вязались с образом безутешной супруги: «как замаскировать отравление», «симптомы передозировки амфетаминами» и «время разложения тканей».
Три года тишины и вердикт пера
Началось тягучее расследование. Прокуратура требовала для неё петли или пожизненного заключения. Защита же ухмылялась: прямых доказательств нет. Никто не видел, как она сыпала порошок. На камерах наблюдения действительно зияла дыра — четыре часа слепоты, когда в доме находились только двое. Но мало ли кто мог зайти в открытую дверь богатого дома в неблагополучном районе?
Судебный процесс тянулся почти три года. Сама Судо, уже повзрослевшая до двадцати пяти лет, держалась ледышкой.
— Ваша честь, — говорила она на последнем заседании, глядя поверх головы судьи. — Если вы посадите меня, основываясь только на том, что мой муж был старым развратником, а я — молодой женой, мы создадим опасный прецедент. Судите по фактам, а не по сплетням таблоидов.
И случилось невероятное. 12 декабря 2024 года суд первой инстанции в Вакаяме оправдал Судо Хаяки. Судьи признали: да, мотив был. Да, интернет-запросы выглядят жутко. Да, смерть выгодна именно ей. Но косвенные улики — это не доказательство. Нет орудия убийства, нет свидетелей, нет записи момента преступления. Презумпция невиновности сработала против системы.
Прокуратура пришла в ярость. Они тут же подали апелляцию в Верховный суд Японии, оспаривая решение. Дело снова зависло в юридической пустоте….
Наследство Дон Жуана
Пока адвокаты переписываются с Верховным судом, империя Нодзаки гниет изнутри. Своему родному городу Танабе старик обещал пожертвовать 1,3 миллиарда йен на общественные нужды. Но поскольку половина состояния автоматически отошла вдове, городские власти теперь вынуждены вести мучительные переговоры с девушкой, которую вся страна считает идеальной убийцей, чтобы получить свои деньги.
Сам Косуке Нодзаки покоится в земле. Человек, посвятивший жизнь коллекционированию женщин, остался абсолютно один. Ни одна из 3999 бывших любовниц не пришла на его похороны.
Деньги купили ему тысячи тел, но не купили ни одного друга, который захотел бы искренне оплакать его уход. Молодая жена выиграла свою свободу и, весьма вероятно, свое состояние. Японский Казанова проиграл последнюю партию, потому что забыл главное правило своей собственной игры: никогда не оставляй женщину, способную считать деньги, одну в комнате с твоим стаканом…
