История, которую я собираюсь вам сегодня рассказать, тянет на полноценный сериал от хорошего стримингового сервиса. В ней, дорогие читатели, есть буквально всё: восточный колорит знойного Ташкента, хищный блеск олимпийского золота, тюремная романтика. И даже развод двух титанов в возрасте семидесяти лет.
Земляки из Ташкента
Итак, представьте себе Ташкент конца шестидесятых. Солнце плавит асфальт так, что к нему прилипают подошвы сандалий.
В одном конце города, в интеллигентной еврейской семье Уяман-Винер, подрастает девочка Ира. Ее папа — Александр Ефимович, Народный художник Узбекистана, человек богемы, кисти и холста. Мама — Зоя Зиновьевна, строгий врач-отоларинголог. Когда Ирочка заявила родителям, что хочет стать гимнасткой, мама вздохнула:
— Доченька, у тебя же сколиоз!.
Но гены еврейского упорства взяли свое. Девчонка была огонь. Ирина выигрывала чемпионат за чемпионатом республики, а школу закончила с серебряной медалью. Характер? О, это был не характер, это была дамасская сталь.
А тем временем в другом районе Ташкента, в семье прокурора Ташкента Бурхана Усманова, подрастал мальчик Алишер. Папа — гроза всех жуликов региона, уважаемый до дрожи в коленях коммунист. Сын должен был пойти по стопам отца — юриспруденция, погоны, государственная служба.
Но маленький Алишер запоем читал «Трех мушкетеров». Шпага звенела в его мечтах громче, чем прокурорский молоток. И он ушел в фехтование. Представляете себе этот диссонанс? Мальчик из семьи главного стража закона машет острой железкой ради спортивного азарта.
К двадцати годам он уже мастер спорта СССР и член юношеской сборной Союза. А потом Москва, МГИМО, факультет международного права. Золотая молодежь во плоти.
Встреча
Их первая встреча произошла там же, в Ташкенте, на спортивной базе. Ирина Александровна уже начинала тренировать маленьких девочек-богинь с ленточками. Алишер приехал на сборы как фехтовальщик. Ему было двадцать один, ей — двадцать шесть. Пять лет разницы в пользу невесты это для Востока того времени — пропасть размером с Гранд-Каньон. Но все было непросто…
— Смотри, какой парень красивый стоит, — кивнули девчонки-гимнастки в сторону высокого брюнета.
Ира подняла глаза. Оценила костюм, осанку, взгляд. И строго сказала:
— Не отвлекайтесь. Тянем носочки!
Она заметила его интерес, но виду не подала. Тренеры старой закалки сантиментами не страдают. Они расстались. Алишер уехал грызть гранит науки в Москву, а Ирина вышла замуж за волейбольного тренера Ададия Израилова. Родила сына Антона в 1973 году и начала строить свою тренерскую империю.
Но судьба — та еще шутница. Спустя годы Ирина и Алишер столкнулись в Москве. Буквально лоб в лоб.
— Вы меня помните? Ташкент, база… — начал Алишер.
— Я помню всех своих учениц, молодой человек. Даже тех, кто бросил спорт через неделю, — отрезала Винер, но телефон все-таки записала.
Начался роман. Тайный, страстный, сумасшедший. Родители Алишера были в тихом ужасе. Прокурор Бурхан хотел сыну невесту-татарку или узбечку, скромную девственницу без прошлого. А тут — женщина старше на пять лет, с ребенком, да еще и другой национальности.
Скандал в благородном семействе стоял такой, что стекла дребезжали. Но Алишер уперся. Сказал отцу ту самую фразу, которая вошла в анналы семейной истории:
— Я женюсь только на ней!
Платок вместо кольца
В августе 1980 года грянул гром. Дело «золотой молодежи» Ташкента. Групповое хищение социалистической собственности, взятки. Был ли виноват сын прокурора Алишер, стал ли он жертвой передела власти — мы сейчас не будем гадать на кофейной гуще, хотя сам Алишер всегда настаивал на своей невиновности. Итог — 8 лет колонии общего режима.
— Страшно было в камеру заходить, вспоминал спустя годы Алишер. — Заходишь, а там всех твой отец посадил.
Для большинства московских барышень это стало бы финалом отношений. Для Ирины Винер это стало вызовом. Она моталась в Узбекистан. Прорывалась сквозь кордоны охраны. Ей самой закрыли выезд за границу, сделав невыездной — слишком часто навещала политически неблагонадежного зэка.
Однажды, во время очередного свидания, Алишер достал традиционный узбекский платок. По обычаю, если мужчина дарит девушке платок и она его принимает — это предложение выйти замуж.
— Выходи за меня, — сказал он из-за решетки.
— Ты издеваешься? — усмехнулась Ира. — Куда мне бежать? ЗАГС отсюда далеко, очереди большие.
— Просто скажи «да».
— Да, — ответила она.
И стала ждать. Ждала шесть лет. Алишера выпустили по УДО в 1986-м, отсидел он чуть меньше срока благодаря связям отца и примерному поведению.
Официальная свадьба и почему у них не было детей
Официально штамп в паспортах у Ирины и Алишера появился лишь в 1992 году, когда они окончательно перебрались в Москву, спасаясь от последствий распада Союза. Алишер усыновил сына Ирины Антона.
А вот своих детей у пары не появилось. Почему? Об этом судачат много. Кто-то говорит о подорванном здоровье Алишера после тюрьмы, кто-то — о тотальной занятости обоих.
Но глядя на то, как Винер воспитывала целое поколение чемпионок, кажется, что материнский инстинкт она выплеснула на весь мировой помост художественной гимнастики. В любом случае, Антон вырос, сменил фамилию на Винер, занялся ресторанным бизнесом и подарил маме четверых внуков.
…Они построили две империи. Он — металлургическую, газовую, купил футбольный клуб «Арсенал» и вошел в список Forbes. Она — спортивную, создав конвейер по производству королев: Кабаеву, Мамун, Кудрявцеву. Он построил ей Дворец гимнастики в Лужниках и виллу в Хорватии, где базировалась сборная.
Почему же развелись?
Но вот наступило лето 2022 года. И вот тебе на — 4 мая миллиардер Алишер Усманов подал заявление на развод в судебный участок района Крылатское. Процесс прошел быстро. В июле брак расторгли, а в августе Ирина Александровна вернула себе девичью фамилию.
Давай отбросим юридические формулировки и посмотрим правде в глаза. Автор полагает, что их союз просто трансформировался. Это как превращение воды в лед — химическая формула осталась прежней, но агрегатное состояние изменилось.
Но раз уж формат требует конкретики, давай разберем семь основных причин, почему эта великая любовь юридически закончилась:
География. Давай честно: где Лондон, а где Новогорск? Пока Алишер Бурханович управлял международной федерацией фехтования и судился за чистоту интернета, Ирина Александровна жила на базе со своими «художницами». Разные часовые пояса убивают страсть быстрее, чем теща борщ пересолит.
Ревность к профессии. Говорят, Усманов ревновал жену к спорту. Можешь себе представить? Человек психовал из-за того, что его жена спит в кабинете базы рядом с ковром для упражнений. На что Винер философски отвечала:
— Я люблю вас обоих, но девочки рано утром выступать должны.
Разница темпераментов. Он — стратег, дипломат, выпускник МГИМО, привыкший решать вопросы тихо, за закрытыми дверями банков. Она — полководец в тренировочном костюме, способная кричать на олимпийскую чемпионку так, что вороны с деревьев падают. Два генерала в одной спальне — это либо мировая война, либо демилитаризованная зона.
Измена Алишера. Ни Ирина Винер, ни Алишер Усманов никогда не называли измену причиной развода. Однако в кулуарах российского спорта и светской хроники эта версия ходит как основная с самого начала 2010-х годов.
Речь идет о многолетних отношениях Алишера Усманова с молодой сотрудницей его компаний. Когда слухи об этом стали слишком громкими, чтобы их игнорировать, юридический развод стал самым цивилизованным способом закрыть вопрос: он позволил Ирине Александровне сохранить лицо, статус «первой леди» российской гимнастики и полную независимость своих активов от чужих личных драм.
Возраст свободы. Послушайте, да им обоим глубоко за семьдесят. Когда ты заработал больше, чем бюджеты некоторых африканских стран, и вырастил внуков, хочется тишины. Без круглосуточных звонков жене из зала, без ее криков «Спину держи!», без бесконечных переговоров мужа с Газпромом. Хочется просто смотреть на море и молчать. Отдельно друг от друга.
Юридический статус активов. Как ни крути, а брачный договор нужно иногда актуализировать. При таких масштабах состояний проще быть партнерами и добрыми друзьями, чем супругами, чьи налоги, яхты и акции могут запутаться в сложном международном наследственном праве. Чистая математика мира больших цифр.
Есть и такая версия: Алишер таким на самом деле фиктивным разводом спас жену от санкций. Юридически они стали чужими людьми. Для европейских юристов это означало лишь одно: активы мужа больше не имеют к ней никакого отношения. Счета Ирины кристально чисты перед европейским законом, ее имя исчезло из перекрестных списков подсанкционных лиц.
Железная леди художественной гимнастики осталась вне зоны досягаемости бюрократической машины Запада. По документам лондонского Сити и брюссельских кабинетов между ними теперь пропасть. Говорят, когда знакомые спрашивают Ирину Александровну о разводе, она лишь пожимает плечами:
— У мужчин свои игры с законом а у меня тут мячи невытянутые.
Бизнес есть бизнес. Даже если этот бизнес называется любовью всей жизни.
Где они сейчас?
Алишер Бурханович живет между своим поместьем в Лондоне (когда позволяет политика), Москвой и Узбекистаном. Он занимается благотворительностью, фондом «Искусство, наука и спорт» и остается фигурой мирового масштаба. Недавно ходили слухи о его возможном возвращении в большой бизнес России, но пока Усманов предпочитает роль мудрого патриарха.
Ирина Александровна никуда не уходила. Она здесь, в своем стеклянном замке на территории «Новогорска». Все такая же властная, с той же идеальной укладкой и пронзительным взглядом. Вернулась к фамилии Винер, словно сбрасывая старую кожу, чтобы обновить контракт с жизнью. Гимнастика продолжается, музыка играет, медали золотятся. Для нее ничего не закончилось.
Вот такая сказочка про Красную Шапочку с обручем и Серого Волка с миллиардами. Они прошли путь от ташкентского солнца до лондонских туманов, от тюремной баланды до списка богатейших людей планеты. И остались в истории как люди, которые изменили лицо российского спорта и бизнеса.
А теперь вопрос к тебе, мой внимательный слушатель. Как думаешь, какая же все-таки истинная причина развода Алишера Усманова и Ирины Виннер?
