..Представьте себе густой, бархатный бас. Он не просто звучит со сцены — он физически обволакивает зал, заставляя вибрировать хрустальные люстры и души слушателей. Именно таким был голос Рената Ибрагимова. Наша пресса, захлебываясь от восторга, называла его то , советским Карузо, то советским Паваротти.
Однако история советского Паваротти началась вовсе не в роскоши дворцов…
Смесь львовского кофе и татарской крови
Он родился 20 ноября 1947 года в городе Льва. Его отец, Ислам Ибрагимов, сын расстрелянного в восемнадцатом году купца-маслобойщика, прошел войну командиром огневой батареи.
После Победы семья недолго задержалась в Западной Украине. Когда Ренату исполнилось пять лет, а старшему брату Равилю — тринадцать, отец уволился из армии и перевез жену и детей на историческую родину — в Казань.
Казань пятидесятых пахла рекой Волгой, мокрым деревом и свежей выпечкой. Мать нигде не работала, посвятив себя дому. В отсутствие строгого отца она была единственным цензором юного таланта. Чтобы направить энергию мальчика в мирное русло, родители параллельно с обычной школой №6 отдали его в музыкальную.
Там, среди пыльных клавиш фортепиано, Ренат впервые понял природу своего голоса. Это был природный дар земли — глубокий, тяжелый, словно плодородный чернозем. Но природа требовала дисциплины. Консерваторская выучка позже приручит этот дикий степной ветер, превратив его в безупречный оперный инструмент.
— Ты понимаешь, что это слишком громко для нашей хрущевки? — ворчала мать Рената, зажимая уши ладонями на тесной кухне во Львове.
— Мама, я не могу тише! Если петь тихо, песня задохнется, — серьезно отвечал мальчик с черными, как спелая вишня, глазами.
Винтовки ему не дали
Юность Ибрагимова была лишена богемной праздности. Он рос настоящим советским парнем. И когда в 27 лет — возраст, когда большинство уже давно забыли дорогу в военкомат, — ему пришла повестка, случилась почти анекдотичная история.
Обком партии пытался отстоять всесоюзно известного певца, но Приволжский военный округ был неумолим. Правда, винтовку рядовому Ибрагимову не дали. Ему самое место было в Ансамбле песни и пляски. Служба закончилась досрочно: ЦК ВЛКСМ вытащил его на фестиваль «Алая гвоздика».
Настоящая академическая броня была выкована в Казанской государственной консерватории, которую он блестяще окончил в 1973 году. Сцена Татарского театра оперы и балета имени Мусы Джалиля приняла его как родного. Онегин, Валентин в «Фаусте», Эскамильо в «Кармен» — он пел ведущие партии, но чувствовал, как жесткий корсет классической оперы душит его широкую душу. Ему нужен был воздух эстрады.
Как рождается звезда
Всенародная слава обрушилась на него не постепенно, а лавиной. Октябрь 1974 года, V Всесоюзный конкурс артистов эстрады. Жюри замирает. Когда Ибрагимов берет финальную ноту в своей конкурсной программе, кажется, что время останавливается. Первая премия, разделенная с Валерием Чемодановым.
Но главный триумф ждал его через год, в солнечном Сочи, на конкурсе «Красная гвоздика» 1975 года. Зал стоя аплодировал молодому татарину. В тот вечер страна получила новую звезду.
Спустя три года, в 1978-м, вся огромная страна подпевала Ренату Ибрагимову в финале «Песни года». Его репертуар ломал границы: он пел народные татарские протяжные песни, итальянские канцоны, русские романсы и советские шлягеры вроде «Наш город» или «Что так сердце растревожено». На пяти языках он говорил со зрителем о любви, и зритель плакал вместе с ним.
Жизнь как опера
…Трагизм большого артиста всегда кроется в том, что сцена требует жертв. Она забирала у Рената время, которое должно было принадлежать семье.
Его личная жизнь напоминала сложную многоактную оперу. Первой женой его стала бухгалтер Тамара, подарившая ему дочерей Надежду и Веру. Второй брак с татаркой Альбиной принес Ренату сына Султана и дочь Айю.
Но настоящая, поздняя и самая громкая любовь ждала его в Москве, в ресторане китайской кухни. Светлана Миннеханова родилась 23 марта 1989 года в далекой татарской деревне Уруссу. Девочка с золотой медалью, тайная неформалка в юности, приехала покорять столицу. Стала тут официанткой. Летом 2005 года певец пришел в ее ресторан пообедать.
— Девушка, почему у вас такие грустные глаза?, — спросил тогда еще женатый артист официантку.
— Мне некогда говорить, я работаю, — отрезала Светлана.
Но уйти от его объятий Светлана не смогла. Ей было двадцать, ему — под шестьдесят. Разница в сорок лет стала главным сюжетом для желтой прессы на десятилетие вперед.
Чтобы узаконить отношения по канонам ислама, который он принял глубоко и искренне с 2006 года, совершив два хаджа в Мекку, Ренату пришлось стать многоженцем. По шариату в никяхе он взял Светлану младшей женой, оставаясь формально в браке с Альбиной.
Старшая жена перспективу наставничества над юной провинциалкой не оценила. И долго жить в гареме не захотела. В октябре 2009 года Ибрагимов развелся с Альбиной и в тот же день официально женился на Светлане. К тому моменту она уже носила под сердцем их первого ребенка. Этот союз подарил великому басу еще четверых малышей: дочерей Асылбику, Аишу, Марьям и долгожданного наследника, сына Атиллу.
Тишина после финала
Но голос не вечен. Тело великого баса тоже оказалось хрупким. 14 мая 2022 года утро в подмосковном доме выдалось пугающе тихим. Рано утром, на 75-м году жизни, у Рената Ибрагимова оторвался тромб. Тот самый орган, который качал кровь для сотен арий и тысяч песен, внезапно сдался.
Прощание проходило в Соборной мечети Москвы под чтение сур Корана. Похоронен народный артист РСФСР на мусульманском участке Волковского кладбища в Мытищах.
Сегодня вдова Светлана живет в том самом двухэтажном особняке в Подмосковье, где каждая деталь напоминает о хозяине.
— Всё в стиле минимализма — белые стены, как любил Ренат, арки, — рассказывает она журналистам, сидя на огромной светлой кухне. — Эти два больших окна на кухне, которые Ренат сделал специально для меня: «Так как большую часть времени проводишь на кухне, то у тебя должна быть смена картинки».
Она в 34 года осталась одна с четырьмя детьми на руках. Старшие дети от предыдущих браков живут своими жизнями. Сын Султан женат, дочери Надежда и Вера нашли свой путь. А здесь, в этом белом доме, растет новое поколение Ибрагимовых. Пятилетняя Марьям, восьмилетняя Аиша, одиннадцатилетняя Асылбика и двенадцатилетний Атилла.
Светлана больше не работает официанткой. Ее работа теперь — хранить память. Она сама возит детей в творческие студии, наказывает «по-современному», лишая гаджетов, и выступает третейским судьей в их шумных драках.
Одна из старших девочек уже начала зарабатывать на маникюре, помогая матери. Дом наполнен детским смехом, запахом домашней еды — татарской и украинской, ведь певец обожал вареники со сметаной. Но по вечерам, когда дети затихают в своих комнатах, тишина становится плотной, осязаемой. Светлана включает старые записи мужа. Бас заполняет пустоту, и кажется, что он просто вышел в сад покурить перед сном…
