Андрей Харитонов… В начале 80-х его лицо знал каждый в СССР. После «Овода» 21-летний Андрей Харитонов проснулся всесоюзным кумиром. Женщины сходили по нему с ума, режиссёры пророчили великое будущее. Но эпоха сменилась, главные роли кончились.
А на закате жизни пришло самое страшное — рак. Он таял в нищете, перенёс 6 операций. И запретил пускать к себе кого-либо, хотел, чтобы его запомнили красивым. Как главный «Овод» страны провёл свои последние годы? О каком предчувствии до сих пор со слезами вспоминает его жена Ольга? И какой была его последняя воля?
«Фанфан-Тюльпан» решил судьбу
Андрей Харитонов родился 25 июля 1959 года в Киеве. Семья интеллигентная, но к искусству отношения не имела. Отец, Игорь Харитонов, работал главным инженером в «Промстройпроекте» и преподавал в вузе. Мать была учительницей, потом стала директором школы.
С детства родители учили сына ответственности. Если дал слово — держи. Разбивался в лепешку, но выполнял обещанное и не жаловался на трудности. У маленького Андрея появилась мечта, и ради неё он и пошёл против воли родителей.
Отец и мать хотели для сына стабильную и уважаемую профессию — инженера или архитектора. Предпосылки были: Андрей отлично учился в физико-математической школе, и при этом прекрасно рисовал. Но в 4 года мальчик случайно увидел по телевизору «Фанфан-Тюльпана» с Жераром Филипом.
Мир приключений, шпаг, благородства и романтики потряс его настолько, что он тоже захотел стать артистом. Получив аттестат, Андрей сделал то, чего родители никак не ждали. Не понёс документы в технический вуз, а отправил их на актёрское отделение Киевского института театрального искусства имени Карпенко-Карого. И поступил с первой попытки.
Дебютант, что покорил СССР
В кино студент Киевского театрального начинал с крошечных эпизодов. В 1978-м 19-летний Харитонов впервые появился на экране — в массовке «Вас ожидает гражданка Никанорова». А через год Никите Михалкову для «Нескольких дней из жизни Обломова» нужны были молодые люди с породистыми, благородными лицами. Для сцен петербургского дворянского общества.
Харитонов идеально подошёл на роль одного из гостей. А в 1980-м вышел «Овод». Николай Мащенко утвердил 21-летнего выпускника на главную роль в трёхсерийном телефильме. И эта роль разделила жизнь Андрея на «до» и «после». Он сыграл Артура Бертона с таким драматическим надрывом, что сложно было поверить — это дебютант.
Фильм имел колоссальный успех. Харитонов мгновенно стал главным секс-символом СССР. Получил «Золотую Нимфу» в Монте-Карло и Государственную премию УССР. Его утончённая внешность байронического героя определила амплуа на годы вперёд. 80-е он снимался непрерывно. Закрепил за собой образ романтического, порой опасного, но неизменно аристократичного мужчины.
«Ассоль» — вольная экранизация «Алых парусов», где он сыграл безупречного романтика Грея. «Человек-невидимка» — трагическая роль безумного учёного Гриффина. «Конец операции „Резидент“» — Пьетро Маттинелли. «Жизнь Клима Самгина» — Игорь Туробоев. «Загадка Эндхауза» — Джордж Челленджер.
Из легендарного актёра в нищего алкоголика
В 90-е советское кино кончилось. Началось другое — жёсткое, про бандитов. Аристократичный, утончённый Харитонов оказался не нужен. Режиссёрам требовались брутальные парни в кожанках. А благородный Овод остался за бортом. За всё десятилетие — 4 фильма, и те проходные. Для человека, который привык к миллионам поклонниц и съёмкам без передышки, это стало катастрофой.
Он тяжело переживал свою ненужность. Держался только Малый театр. Там ещё были зрительницы, которые шли именно «на Харитонова». Но кино закрылось, и тогда он начал пить. Сам потом говорил, что 4-5 лет просто глушил боль алкоголем. Зависимость схватила с первой же рюмки.
После спектаклей снимал стресс коньяком прямо в гримёрке. А утром уже не мог без похмелья. Он поправился на 13 килограммов. Легендарная внешность поплыла, началась депрессия. Харитонов пытался что-то сделать, по крайней мере в начале.
В 1991-м, например, сам сел в режиссёрское кресло и снял «Жажду страсти» по Брюсову. Критики оценили, на фестивалях дали призы, но проката не было никакого. Кинотеатры тогда сдавали под мебельные магазины и авторынки. Так что денег это не принесло. В 80-е ему хватало гонорара на автомобиль. А в 90-е актёр оказался в настоящей нищете. Утончённому эстету приходилось просто выживать.
Не просто фанатка
Именно в этот мрачный период 90-х в его жизни появилась Ольга Смирягина. Она впервые увидела его в «Оводе», когда ей было 13 лет, и преданно любила как кумира. Со временем повзрослела, возглавила его фан-клуб. Но вела себя тактично, не навязывалась.
Она была той, кто смогла разглядеть за маской угасающего секс-символа одинокого, глубоко страдающего и больного человека. Это было в тот момент, когда от него отвернулись многие друзья.
Она терпела его капризы, срывы, тяжёлый характер, депрессии. В конце 90-х именно близкие и Ольга нашли врача, который согласился взяться за лечение запущенной зависимости. Никто не верил, что Харитонов сможет даже доехать до клиники.
Но он ради любимой женщины проявил колоссальную силу воли. Полностью бросил пить, и больше никогда не возвращался к алкоголю. Спас своё человеческое достоинство. А вот детей у них с Ольгой за 20 с лишним лет вместе так и не появилось.
Страшная халатность врачей
Харитонов узнал о своей болезни слишком поздно. И виной тому — работа. В последние годы он гастролировал с антрепризой, играл по 20 спектаклей в месяц. Живот болел, но он не обращал внимания. Думал, усталость, дорога, нерегулярная еда. Когда терпеть стало невозможно, он пошёл к врачу в Москве. И попал на халатность — тот не стал обследовать как следует.
Сказал — колит, выписал лёгкие таблетки. Харитонов успокоился и продолжил работать. А рак кишечника в это время развивался. Время для ранней с ушло безвозвратно. В мае 2018-го его привезли в больницу в критическом состоянии. Опухоль разрослась так, что нужна была срочная операция. За короткий срок он перенёс 6 сложнейших вмешательств.
Хирурги собирали его по частям, удалили около двух с половиной метров кишок. А потом врачи сделали то, что до сих пор не укладывается в голове. Не зашили рану на животе, объяснив это медицинской спецификой. Ольга потом рассказывала, что отправили домой с раной, с которой люди не живут.
Андрей очень хотел жить, и благодаря невероятной жажде жизни и уходу близких он протянул ещё целый год. Ткани внутри частично зарубцевались сами. Но болезнь пошла дальше — метастазы в позвоночник. Боли стали адские. Районные больницы, узнав, что у Харитонова терминальная стадия рака, отказывались его госпитализировать.
Ольга дошла до Минздрава, помочь вызвался и актёр Евгений Миронов. Вместе они добились, чтобы Харитонова положили в спецклинику. И достали для него редкие, мощные импортные обезболивающие. Андрей Игоревич был человеком глубокого ума. И прекрасно понимал, что дни его сочтены. Но рассудок оставался ясным до самого конца.
По словам жены, он предчувствовал свой уход с точностью до часа. Он категорически запретил пускать к себе посторонних. Когда-то его признали одним из красивейших мужчин СССР. А теперь он не хотел, чтобы коллеги и пресса видели его истощённым, бледным, прикованным к постели.
Последние слова и последняя воля
23 июня 2019 года Андрея Харитонова не стало. Ему было 59 лет. Он умер в московской квартире, тихо, на руках у Ольги. Она была рядом до последней минуты. В тот день боли вдруг отступили. Он пришёл в себя, и за несколько минут до конца повернулся к жене. Поцеловал, попросил прощения — за всё, что ей пришлось вынести. За характер, за то, что оставляет её одну. Больше он ничего не сказал, закрыл глаза и ушёл.
Никакого наследства он не оставил. Всё ушло на лечение — лекарства, операции, бинты. Харитонов умирал в бедности. Он не оставил завещания, но дал последнюю волю — Ольга всё выполнила. Никаких панихид, никаких прощаний в театре или Доме кино, никаких открытых гробов и вспышек камер – все это Андрей запретил.
Его кремировали в Москве, а прах Ольга повезла в Киев к его 86-летней больной маме. Судьба Харитонова — не исключение. В нашем кино таких историй хватает. Сначала — обожание всей страны. Потом время меняется, и ты никому не нужен.
