Вы когда-нибудь задумывались, что происходит за кулисами жизни звезды советского экрана? О, это не всегда бокалы шампанского и ковровые дорожки. Иногда это — корзины белой сирени от великого композитора, который годами умолял выйти за него замуж. Иногда — тайная страсть на 35 лет, о которой не догадывались даже самые близкие. А иногда — записная книжка, где аккуратным почерком выведено имя кумира миллионов и одно-единственное слово: «Сволочь».
Лидия Смирнова. Имя, которое сегодня мало что скажет молодым, но для людей постарше это — целая эпоха. Та самая сваха Акулина Гавриловна из «Женитьбы Бальзаминова», которую невозможно забыть. Женщина, не боявшаяся быть на экране смешной, неуклюжей и даже некрасивой. Но в жизни — стильная, ухоженная, с огоньком в глазах и абсолютной неспособностью врать.
Она прожила долгую жизнь — 92 года. У неё были бесчисленные поклонники, несколько официальных мужей и одна великая любовь, которая длилась почти полвека и так и не закончилась свадьбой. Она дружила с Фаиной Раневской и люто ненавидела Марка Бернеса. Она жалела, что в молодости сделала аборт, и корила себя за это до самой старости. Она получала корзины с сиренью каждый месяц 13 числа и отказывала самому настойчивому жениху в Советском Союзе.
Давайте откроем эту записную книжку вместе. Только осторожно — там много такого, о чём не пишут в официальных биографиях.
Начало пути: девочка из небогатой семьи
Лидия Николаевна Смирнова (в девичестве — Найдёнова) родилась 13 февраля 1915 года в городе Мензелинск Уфимской губернии. Семья была самой обычной, небогатой. Отец служил писарем, мама занималась хозяйством и детьми. Когда Лиде было восемь, отца перевели в Казань — там она и пошла в школу. Причём школу с татарским уклоном, так что будущая звезда советского кино отлично говорила на татарском.
Увлечение театром началось рано — сначала школьная самодеятельность, потом драматический кружок при Дворце труда. В 1932 году Лида отправилась покорять Москву — поступила в Государственный институт театрального искусства (ГИТИС). И вот тут случился первый сюрприз: на вступительных экзаменах комиссия попросила спеть. Девушка растерялась и затянула «По диким степям Забайкалья». Ничего не поделаешь — песня бродяг и каторжников, больше ничего в голову не пришло. К её удивлению, комиссия заулыбалась и приняла талантливую провинциалку.
В ГИТИСе она училась у великих — у Всеволода Мейерхольда и Михаила Тарханова. В 1936 году, после окончания института, её приняли в Театр имени Ленинского комсомола. Но настоящая слава ждала её в кино.
Дебют в кино и первая любовь
В 1938 году Лидия Смирнова дебютировала в фильме «Человек с ружьём» — сыграла эпизодическую роль девушки с гармошкой. Но настоящий прорыв случился в 1940-м, когда её утвердили на главную роль в лирической комедии «Моя любовь».
Именно на съёмках этого фильма она встретила свою первую любовь — журналиста Сергея Добрушина. Красивого, статного, немногословного. Он работал в «Известиях», был на пять лет старше и с первого взгляда покорил сердце молодой актрисы. Они поженились тайно — тихая роспись без свидетелей, почти без свадебного платья. Но как только Лида узнала, что беременна, её охватила паника. Ей казалось, что ребёнок разрушит карьеру, которая только начиналась. Тогда, в начале 1940-го, она решилась на аборт.
Позже, уже в глубокой старости, Лидия Николаевна в одном из интервью сказала, что это было самым страшным решением в её жизни. Она корила себя десятилетиями и не раз повторяла:
«Я очень жалею о том опрометчивом поступке. Старость встретила в одиночестве, и когда нуждалась в помощи, никто её не оказал».
Эти слова звучат особенно горько, когда понимаешь — больше детей у Смирновой не было.
Война, разлука и пропавший без вести
Осенью 1941 года Добрушин ушёл добровольцем на фронт. На прощание он предупредил Лидию: вернётся только в том случае, если будет здоров. Калекой же — нет. Сергей в чине старшины храбро воевал, но попал в окружение. После того, как смог выбраться к своим, его разжаловали в рядовые. А в ноябре 1942 года он пропал без вести.
Лидия ждала. Ей казалось, что он где-то рядом, наблюдает за ней со стороны. Она не выходила замуж несколько лет, надеясь на чудо. Но чуда не случилось. В 1944 году она получила официальное извещение — супруг числится пропавшим без вести. Ждать больше было некого.
Исаак Дунаевский: корзины сирени и отказ
В самый разгар войны, в эвакуации в Ташкенте, за Лидией Смирновой начал ухаживать Исаак Дунаевский. Да-да, тот самый, чьи мелодии знал весь Советский Союз. Он был старше на 15 лет, авторитетен, знаменит, но при этом невероятно настойчив.
На съёмках фильма «Моя любовь» он сочинил для её героини песню «Звать любовь не надо». И, кажется, в эту мелодию вложил все свои чувства к актрисе. Ему было плевать, что Смирнова замужем. На протяжении нескольких лет, каждый месяц 13 числа, Дунаевский присылал актрисе корзину белой сирени. Дата выбрана не случайно — Лидия Николаевна появилась на свет 13 февраля. Надо сказать, что это был очень красивый и дорогой жест. В то время огромный букет белой сирени стоил больше, чем платили артистам за роль.
Дунаевский сделал Смирновой предложение. Умолял. Обещал золотые горы. Но красавица ответила «нет». Она всё ещё любила своего Серёжу, хотя и позволяла себе увлекаться другими мужчинами. Однажды, уже после войны, она призналась в интервью: «Исаак был гениален, но я боялась его всепоглощающей страсти. Она меня пугала».
Композитор так и не смог забыть актрису. До самой смерти он хранил её фотографию. А когда ушёл из жизни — 25 июля 1955 года — случилась мистика: именно в этот день, 52 года спустя, умрёт и сама Лидия Смирнова. Вот такая ирония судьбы.
Капитан и мимолётный роман в Крыму
Была в жизни актрисы ещё одна яркая, но короткая история. В начале 1950-х она отправилась на съёмки в Крым. По сценарию действие разворачивалось на настоящем корабле. И когда Смирнова увидела капитана — высокого, загорелого, с пронзительным взглядом — она поняла: опять влюбилась.
Роман действительно начался и продолжался до конца съёмок. Бурный, красивый, как морской прибой. Но когда капитан приехал к ней в Москву и предложил выйти замуж, она ничего уже к нему не испытывала. Сама не могла объяснить, почему чувства угасли так быстро. Возможно, потому что настоящая любовь её всё ещё ждала впереди.
Владимир Рапопорт: брак без счастья
В 1945 году Лидия Смирнова вышла замуж во второй раз — за кинооператора Владимира Рапопорта. Он был талантлив, известен, работал с самыми лучшими режиссёрами. Но брак с самого начала был сложным. Вскоре Лидия поняла, что не испытывает к мужу тех чувств, которые хотела бы испытывать. Однако уйти не могла — Рапопорт болел.
Забегая вперёд, скажем: этот брак продлится много лет, но счастья Смирновой не принесёт. Потому что настоящая страсть ждала её совсем в другом месте.
Константин Воинов: 35 лет тайной любви
А вот теперь — самое интересное. И, пожалуй, самое драматичное.
Лидия Смирнова познакомилась с кинорежиссёром Константином Воиновым в конце 1940-х. Он был женат, у него росла дочь. Она — замужем за Рапопортом. Но между ними проскочила искра, которая не гасла 35 лет.
Их отношения были необузданной страстью, которую Смирнова позже назвала «любовью на всю жизнь». Они не могли быть вместе официально — ни он не мог бросить семью, ни она — больного мужа. И тогда они выбрали странный, почти невероятный формат: жить на две семьи.
Смирнова буквально разрывалась между двумя мужчинами. Неделю она проводила с Рапопортом, неделю — с Воиновым. Коллеги догадывались, но молчали. В те времена о таких вещах не говорили вслух. Актриса вспоминала:
«Я жила как на вулкане. Однажды Константин пришёл ко мне с чемоданом и сказал: «Ухожу от жены». Я ответила: «Тогда я уйду от Володи». Но он не ушёл. И я не ушла».
В середине 1970-х ушёл из жизни Владимир Рапопорт. Через двадцать лет, в 1995 году, не стало и Константина Воинова. Смирнова пережила обоих. И до самой смерти хранила в ящике письма от любимого. Когда журналисты спрашивали, почему они так и не поженились, она пожимала плечами:
«А зачем? Нам и так было хорошо. Только стыдно, что многие годы мы обманывали людей, которых любили».
Дружба с Раневской: две одинокие женщины
Лидия Смирнова была очень открытым человеком. Не боялась говорить правду, хотя потом и жалела о сказанном. Наверное поэтому у неё не так уж много было друзей и подруг. Но одна дружба стала для неё настоящим спасением.
В 1960-х Смирнову пригласили на съёмки в Одессу, где её партнёршей была Фаина Раневская. Сначала они относились друг к другу настороженно — слишком разные. Раневская — остроумная, язвительная, эксцентричная. Смирнова — более мягкая, но тоже с характером.
Но их сблизило одиночество.
Актрисы часами просиживали в гостинице, пили чай и говорили о жизни. О том, как тяжело быть женщиной в мире, где всё решают мужчины. О том, что любовь редко бывает счастливой. О том, что сцена — это и радость, и проклятие.
Смирнова позже рассказывала:
«Мы с Фаиной писали письма нашим любимым. Я писала «дорогой», она — «дорогая». Это была её тайна, которую она доверила только мне».
Раневская действительно не скрывала от подруги своей нетрадиционной ориентации. Для советского времени это было немыслимо, но Смирнова отнеслась с пониманием. Единственное, о чём она пожалела позже — что в одном из интервью 2002 года она обмолвилась об этом. Сказала, цитирую: «Часто пишут, что у Фаины Георгиевны не сложилась личная жизнь. Это не совсем так. Сложилась… но с отклонениями — она любила женщин». После этого на актрису обрушилась волна критики. Но Смирнова не отреклась от своих слов. Она всегда говорила правду, какой бы горькой она ни была.
Горе актрисы заливали одинаково — рисовали акварелью. Фаина Георгиевна рисовала грустную осень, листопад. А Лидия Николаевна — снежную зиму, уютные домики, собачек. Две очень одинокие женщины, которые нашли друг в друге refuge.
Марк Бернес: кумир миллионов и личный враг
А теперь — самый пикантный момент. В записной книжке Лидии Смирновой, где она фиксировала самые важные события и оценки людей, напротив фамилии Марка Бернеса стояла черточка, а потом очень-очень неуважительное слово: «Сволочь».
Да, того самого Бернеса, которого обожали миллионы. Кто пел «Тёмную ночь» и «Журавлей». Кто был эталоном мужественности и благородства.
Что же он такого сделал, что актриса возненавидела его лютой ненавистью? До сих пор точно неизвестно. Смирнова унесла тайну с собой. Но есть предположение — они могли столкнуться на съёмках или в театральной тусовке, и Бернес допустил по отношению к ней какую-то бестактность. Или, возможно, Смирнова знала о его тёмных сторонах, скрытых от публики.
Она никогда не раскрывала эту тайну. И никто уже не узнает, чем Бернес так насолил великой актрисе. Но согласитесь — это добавляет шарма. Мало кто осмеливался публично называть любимца Сталина «сволочью».
«Не считаю себя красавицей»
До последних дней мужчины говорили Лидии Николаевне комплименты. Вот только она никогда не считала себя красавицей. Более того, говорила, что если не наносила на лицо косметику, была похожа на поросёнка. А ещё жалела, что в своё время не сделала подтяжку. Хотя тут же отдергивала себя, вспоминая, как некоторые актрисы выглядели после таких операций.
Она оставалась естественной до конца. Не пыталась казаться моложе, не заигрывала с возрастом. Просто жила, работала, любила. И, кажется, это было главным секретом её притягательности.
Уход, который никто не заметил
Лидия Николаевна Смирнова ушла из жизни 25 июля 2007 года. Ей было 92 года. Похоронили её на Новодевичьем кладбище — не в главной аллее, где лежат самые великие, а чуть поодаль. Рядом с ней — могилы Рапопорта и Воинова. Два мужа, которых она так и не смогла выбрать.
На похоронах было мало народу. Некрологи в газетах — короткие, формальные. Как будто ушла не звезда советского экрана, а рядовая пенсионерка. Но те, кто пришёл, знали: они прощаются с женщиной, чья жизнь была ярче любого киносценария.
Что осталось после неё? Одиночество и немного сожалений
У Смирновой не было детей. Не было внуков. Не было никого, кто продолжил бы её род. Она так и не смогла простить себе тот аборт в молодости, и это сожаление преследовало её до самой смерти.
Но остались фильмы. «Моя любовь» (1940), «Женитьба Бальзаминова» (1964), «Чистые пруды» (1965), «Учитель пения» (1972), «Сладкая женщина» (1976). В каждом из них она была разной. Но всегда — настоящей.
Остались письма. Корзины сирени, о которых она так и не рассказала до конца. Тайная любовь на 35 лет. И записная книжка, где аккуратным почерком выведено: «Бернес — сволочь».
Почему мы должны помнить Лидию Смирнову?
Потому что она была настоящей. Не играла роль «советской актрисы». Не строила из себя небожительницу. Не боялась быть смешной на экране и не боялась быть честной в жизни.
Потому что она прожила долгую жизнь и ни разу не изменила своим принципам. Даже когда это было неудобно. Даже когда за правду её критиковали.
Потому что она любила. По-настоящему. Без оглядки на приличия, на возраст, на общественное мнение. И эта любовь сделала её счастливой — пусть и не в том смысле, в каком счастье понимают большинство.
В одном из последних интервью Лидия Николаевна сказала:
«Я ни о чём не жалею. Ну, почти ни о чём».
Думаю, эта фраза — лучшее резюме для её удивительной, противоречивой, невероятно человечной жизни.
А вы как думаете: можно ли назвать Лидию Смирнову счастливой? И кто из советских актёров, на ваш взгляд, прожил самую яркую жизнь за кадром?
