Когда на экраны вышла комедия Владимира Меньшова «Любовь и голуби», вся страна влюбилась в Надюху — простую, крикливую, но такую родную и любящую героиню Нины Дорошиной. Её фразы ушли в народ, а бабья скорбь над письмом разлучницы заставляла плакать и смеяться одновременно. Казалось, актриса с такой сумасшедшей харизмой и точным пониманием женской души должна быть купаться в личном счастье.
Но судьба, словно посмеявшись, написала для самой Дорошиной сценарий, полный не киношных, а самых настоящих, глубоких и мучительных драм. Вся её жизнь стала служением одному-единственному человеку, который так и не смог сделать её по-настоящему счастливой.
Загадочный молчун и первая большая тень
Всё началось на съёмках фильма «Первый эшелон». Нина тогда была совсем юной, трепетной студенткой Щукинского училища, только начинающей свой путь в искусстве. Олег Ефремов уже был звездой, чьё имя произносили с придыханием.
Он был старше на семь лет — огромная разница для девчонки, — и окружён ореолом таинственности. Ефремов покорял не бурной страстью, а, наоборот, какой-то весомой, значимой молчаливостью. Когда он говорил о работе, его взгляд становился фанатичным, и это притягивало неопытных актрис как магнит.
Нина влюбилась сразу, безоглядно и навсегда. Она видела в нём не просто мужчину, а гения, за которым готова была идти на край света. В те годы Ефремов горел идеей создания своего театра — будущего «Современника» — и искал единомышленников. Дорошина, затаив дыхание, слушала его планы и сразу же заявила, что хочет служить только под его началом. Это решение определило её судьбу на десятилетия вперёд: и творческую, и личную. В 1959 году она стала частью труппы «Современника», навсегда привязав себя к мастеру.
Жизнь в режиме «ожидания»
Ефремов, разумеется, не мог не заметить обожания в глазах молодой актрисы. Но его сердце редко принадлежало одной женщине. На момент начала их романа он был женат на Ирине Мазурук, у них подрастала дочь Настя. Статус женатого человека никогда не мешал любвеобильному режиссеру заводить интрижки на стороне, и роман с Дорошиной вспыхнул быстро и бурно. О тайной связи вскоре шептался весь театр. Дошли слухи и до законной супруги.
Ирина Мазурук страшно переживала измену мужа. Она понимала, что молодая, талантливая Нина — это не просто мимолётное увлечение, а серьёзная угроза её браку. Были и прямые угрозы, и бурные сцены ревности, но ничего не могло заставить влюблённую Дорошину отступить. Отчаявшись вернуть мужа, Ирина решилась на страшный шаг — попытку самоубийства.
Её успели спасти, но Ефремов, вместо того чтобы одуматься и вернуться в семью, лишь пару раз навестил её в больнице и продолжил встречи с Ниной. Отношения были разрушены окончательно, и вскоре последовал развод.
Все вокруг были уверены: теперь-то Ефремов женится на Дорошиной. Но заветного предложения Нина так и не дождалась. Их отношения напоминали затяжной прыжок без парашюта: то безумное сближение, то резкий разрыв. В компании друзей Ефремов позволял себе жестокие шутки, называя Нину слишком «несерьёзной» для брака.
Возможно, именно эти унизительные слова, долетавшие до Дорошиной через третьи руки, сыграли роковую роль в её решении прервать неожиданную беременность. Хотя сама актриса позже признавалась, что главным фактором тогда была карьера, которая стремительно шла в гору, и страх выпасть из обоймы любимого театра. О том страшном выборе она будет жалеть всю оставшуюся жизнь.
Свадьба как жест отчаяния
Разбитые мечты, постоянные измены и неопределенность сводили Дорошину с ума. А когда она узнала, что Ефремов собирается жениться на Алле Покровской, которая ждала от него ребёнка, земля ушла у неё из-под ног. Боль была настолько невыносимой, что Нина решилась на безумный шаг — месть. Она решила выйти замуж за первого встречного, лишь бы доказать Ефремову (и самой себе), что она тоже может быть любима и счастлива.
Этим «первым встречным» стал Олег Даль — гениальный, но бесконечно ранимый и сложный молодой актёр, который давно и безнадёжно был влюблён в Дорошину. Судьба свела их на съёмках фильма «Первый троллейбус» в Одессе. Там произошёл несчастный случай: Нина пошла купаться в море, не рассчитала силы и начала тонуть.
Даль, первым услышавший крики о помощи, бросился в воду и спас её. Это событие сблизило их. Последовала безумная ночь, а наутро Олег, сияющий от счастья, сделал Нине предложение. Он и подумать не мог, что для неё это лишь способ заглушить собственную боль. Услышав отказ, оскорблённый Даль сорвал съёмки, собрал вещи и уехал в Москву. Лишь через несколько дней Дорошиной удалось уговорить его вернуться, представившись по телефону его женой.
Свадьбу сыграли быстро и шумно. Гулял весь «Современник». Не пригласили только Ефремова, но он всё равно явился — пьяный, дерзкий, с нескрываемым чувством собственничества. Прямо в разгар торжества он посадил Нину к себе на колени и при всех гостях заявил: «А любить ты всё равно будешь только меня!».
После этих слов Даль, не выдержав унижения, вместе с родственниками покинул собственную свадьбу. Этот брак, рождённый в отчаянии, продлился всего несколько месяцев. Супруги постоянно ссорились, и вскоре Даль подал на развод. Дорошина, словно покорная тень, снова вернулась к Ефремову.
Портрет над кроватью и вечное одиночество
Прошло восемь лет. Ефремов развелся с Покровской и снова женился — на ослепительной красавице Анастасии Вертинской. Этот очередной предательский шаг Дорошина простить уже не смогла.
Она нашла в себе силы разорвать мучительную связь и вскоре вышла замуж за Владимира Тышкова, скромного сотрудника театра. Несмотря на внешнюю нескладность этого союза и частые бытовые скандалы, Тышков смог подарить Нине то, чего у неё никогда не было — ощущение дома, уюта и мужской заботы.
Они прожили вместе больше двадцати лет, до самой смерти Владимира. Он был удивительно понимающим человеком и смирился даже с тем, что в их спальне над кроватью всегда висел портрет Олега Ефремова. Тышков знал, что борется с призраком, но любил жену такой, какая она есть.
После ухода второго мужа Нина Дорошина осталась совсем одна. Счастья материнства ей испытать так и не удалось — тот аборт в молодости оказался роковым. В старости за ней ухаживали только родственники и преданные коллеги из театра.
Одиночество грызло её, и в разговорах с редкими посетителями она часто с горечью представляла, как её квартиру мог бы наполнять детский смех и топот внуков. Она до конца жизни жалела о том, что отказалась от ребёнка, зачатого с любимым мужчиной.
Символично, но одной из немногих, кто навещал актрису, была Настя, дочь Олега Ефремова. Две женщины часами сидели на кухне, пили чай, рассматривали старые фотографии и вспоминали одного и того же человека, который был центром их вселенной. Незадолго до своей смерти Ефремов, уже будучи тяжело больным, просил Анастасию позвать Нину.
Он признался дочери, что всю жизнь любил только Дорошину. Но та роковая встреча так и не состоялась. Нина не успела проститься с любимым и увидела его лицо в последний раз только на похоронах. Она пережила его на восемнадцать лет, навсегда оставшись для зрителей весёлой Надеждой из Кузякино, а в жизни — женщиной, чьё сердце всю жизнь принадлежало одному гению.
