Официально он был женат всего один раз. На Марии Шумской, деревенской учительнице, с которой расписался в родных Сростках и разбежался в тот же день. Неофициально — у него было четыре женщины, трое детей и целый ворох слухов, которые сам Шукшин не опровергал, а только подогревал. Он был гением. Он был грубияном. Он мог часами читать стихи в компании друзей, а потом ударить женщину, которая была рядом.
Он умер в 45 лет, оставив псле себя фильмы, книги и трех дочерей. А ещё — четырёх женщин, каждая из которых по-своему его ненавидела и любила.
И одна из них, Лидия Чащина, спустя годы скажет: «Я благодарна судьбе за то, что он исчез из моей жизни». И это будет не обида, а констатация факта.
Первая любовь, которая не стала судьбой
Мария Шумская была его первой, самой юной и самой долгой любовью. Они познакомились в Сростках, когда ему было 15, а ей 14. Она переехала в село из соседней деревни и сразу стала местной красавицей — светлые волосы, синие глаза, хорошая одежда для тех послевоенных лет. За ней ухаживали все парни, но она выбрала Васю Шукшина — хулигана, который мог часами играть на гармошке и рассказывать истории.
Он ушёл в армию, она ждала. Вернулся — начали жить вместе, без росписи. В те годы это было скандалом, но Шукшину было плевать. В 1955 году он приехал в Сростки на каникулы из Москвы, куда уже поступил во ВГИК, и они расписались. А потом поссорились в ЗАГСе. Она не хотела ехать в Москву. Он не хотел оставаться в деревне. Брак продлился несколько часов.
Мария Шумская не дала Шукшину развода до самого финала. Он просил, писал письма, уговаривал. Она молчала. Потому что верила: он вернётся. И хранила свидетельство о браке всю жизнь, как единственное доказательство того, что когда-то он был её.
Лидия Чащина: «Я готова была его убить»
Со второй женщиной Шукшина, Лидией Чащиной, он познакомился во ВГИКе. Она была студенткой, он — уже известным сценаристом и актёром. Он читал ей свои рассказы, она млела. А потом начался ад.
— Мне кажется, Шукшин вообще слово «женщина» не понимал, — говорила она потом.
Она прожила с ним пять лет. И запомнила их как пять лет унижений. Он пил, не пропускал ни одной юбки, устраивал сцены ревности, мог поднять руку. Однажды она не выдержала и огрела его сковородкой по голове. Он сел на пол, потрогал затылок и сквозь слёзы прошептал: «Зверина! Прямо по темечку!».
Она не простила его никогда. Когда они расстались, Лидия порвала все его письма и фотографии в клочья и швырнула ему в лицо. Сейчас ей за 80, она живёт в Киеве и до сих пор с содроганием вспоминает годы, проведённые с гением.
— Мучительно больно вспоминать, каким невыносимым был этот великий Шукшин в семейной жизни, — говорила она в интервью.
Виктория Софронова: дочь главреда «Огонька» и внебрачная дочь
Третья женщина в жизни Шукшина — Виктория Софронова, дочь главного редактора журнала «Огонёк» Анатолия Софронова. Она была журналисткой, интеллигенткой, и она родила ему дочь Екатерину в 1965 году.
Шукшин был счастлив, когда узнал о беременности. Он даже не думал отказываться от ребёнка. Но официально жениться не мог — Мария Шумская по-прежнему не давала развода. Катя росла без отца в документах — стоял прочерк. И только когда девочку собирали в первый класс, Шукшин побежал по инстанциям и официально дал ей свою фамилию и отчество.
Екатерина выросла, стала филологом, переводчиком, вышла замуж за немецкого журналиста. Отца помнит смутно — по его словам, он был сдержанным человеком. Но характер у неё отцовский: гуманитарий до мозга костей, с тем же разрезом глаз и той же прямотой.
Лидия Федосеева-Шукшина: последняя и самая главная
Она была четвёртой и последней. Лидия Федосеева, актриса, которая подарила ему двух дочерей — Марию и Ольгу. Именно с ней Шукшин наконец-то обрёл покой. Именно она придумала название для его главного фильма — «Калина красная».
Они познакомились на съёмках фильма «Какое оно, море?». Он был женат (формально — на Марии Шумской), но это не остановило ни его, ни её. Она вошла в его жизнь, как вихрь, и осталась там до самого конца.
Лидия стала для Шукшина не просто женой, а соратником. Она печатала его рукописи, носила их редакторам, сидела с ним ночами над сценариями. Название «Калина красная» она придумала сама — эту песню она пела ему в день их знакомства. Шукшин был в восторге и взял его без вопросов.
Съёмки «Калины красной» были тяжёлыми. Бюджет — мизерный, плёнки — в обрез, времени — впритык. Но фильм стал шедевром. А сцена, где Шукшин умирает в кадре, заставила плакать всю съёмочную группу. Позже Лидия признавалась, что при озвучивании этого эпизода у неё случился гипертонический криз. Она не могла смотреть на то, как умирает её муж даже понарошку.
«Пока смерть не разлучит нас»
Шукшин умер 2 октября 1974 года на теплоходе «Дунай» во время съёмок фильма «Они сражались за Родину». Ему было 45 лет. Он так и не успел снять фильм о Степане Разине, о котором мечтал всю жизнь.
Лидия Федосеева-Шукшина осталась одна с двумя дочерьми и без мужа. Она взяла его фамилию только после его смерти. И больше никогда не выходила замуж — хотя трижды сходила под венец с другими мужчинами. Сердце её принадлежало только ему.
Сейчас ей 85. Она живёт в Новой Москве с младшей дочерью Ольгой, которая ухаживает за ней. У Лидии Николаевны проблемы со здоровьем, врачи диагностировали деменцию. Она тяжело переживает отчуждение старшей дочери Марии, которая почти не поддерживает с ней связь.
А ещё в семье Шукшиных уже много лет идёт война за наследство. Четыре наследницы — Екатерина, Лидия Федосеева-Шукшина, Мария и Ольга — делят авторские отчисления и недвижимость на сумму около полумиллиарда рублей. Суды, телешоу, взаимные обвинения — вот чем живут потомки великого писателя сегодня. Внуки и правнуки судятся между собой, а тёти и племянницы выясняют отношения в прямом эфире. Удивительно, но наследники человека, который писал о правде и человечности, оказались в мире, где личное давно стало частью медийного рынка.
Вместо эпилога
Василий Шукшин был гением. Этого у него не отнять. Но был ли он хорошим человеком? Женщины, которые его любили, отвечают по-разному.
Мария Шумская хранила его фамилию до самой смерти и не дала развода.
Лидия Чащина говорит, что благодарна судьбе за то, что он исчез из её жизни.
Виктория Софронова вырастила его дочь и никогда не говорила о нём плохо.
Лидия Федосеева-Шукшина любила его до конца и носит его фамилию до сих пор.
Четыре женщины. Четыре судьбы. И один мужчина, который не умел быть верным, но умел любить так, что это запоминалось на всю жизнь. Он мог ударить и тут же просить прощения. Мог изменить и через неделю принести цветы. Мог быть жестоким и одновременно трогательно заботиться о тех, кого любил.
Таким он и остался в памяти — великим, сложным, противоречивым. И таким, каким его помнят женщины, он навсегда останется в нашей истории.
А вы как думаете: можно ли разделять гениального творца и невыносимого человека в одном лице? Или талант всё оправдывает?
