В коридорах «Мосфильма» ходила легенда: если Станислав Сергеевич нахмурился и буркнул тебе «ну и дура!» — считай, это комплимент. Он мог назвать красавицу Пересильд «страшной», мог забыть о том, что снимал Гузееву, и при этом оставаться для всех них главным человеком в профессии.
Потому что за этой напускной грубостью скрывалось то, что каждая из них пронесла через годы — безграничное уважение и любовь к человеку, который умел разглядеть искру там, где другие видели просто хорошенькое личико.
«Ну и глупая» — его высшая похвала
Лариса Удовиченко, та самая Манька Облигация из «Места встречи изменить нельзя», с Говорухиным на людях была на «вы». Но за глаза, когда звонила ему, называла просто Славой. Он приглашал её на все свои премьеры в Дом кино. И каждый раз, слыша в ответ, что она не может прийти — гастроли, съёмки, — Говорухин говорил одну и ту же фразу: «Ну и дура!».
И Удовиченко знала: это не обида. Это его способ сказать: «Я всё равно тебя люблю».
Спустя годы, когда они вместе снимались в «Женской логике 2», случился забавный эпизод. Лариса заметила, что на режиссёре висит какой-то несуразный свитер. Не долго думая, она подошла, взяла ножницы и лично укоротила его. Говорухин посмотрел на результат, довольно хмыкнул и признал: «Ну и дура, а ты уже не совсем «Ну и дура!»».
Для него это был высший пилотаж признания.
«Какая же ты страшная, Пересильд! А на экране — ничего!»
Юлия Пересильд навсегда запомнила тот день, когда Говорухин увидел её без макияжа. Он посмотрел на неё своими цепкими глазами, нахмурился и выдал: «Какая же ты страшная, Пересильд! Уши торчат!». Актриса, которая уже была звездой, в этот момент, наверное, хотела провалиться сквозь землю.
А он выдержал паузу и добавил с довольной усмешкой: «А на экране — ничего!».
Вот так, в двух фразах, он умудрился и уничтожить, и вознести. Потому что он знал: на плёнке происходит магия, а в жизни — просто человек. И эта его прямота, иногда граничащая с жестокостью, на самом деле была проявлением высочайшего доверия. Он не нянчился с актёрами. Он их проверял на прочность.
Света, которая боялась спорить
Для Светланы Ходченковой фильм «Благословите женщину» стал не просто дебютом, а настоящим крещением. Первокурсница, вчерашняя школьница, вдруг оказалась на площадке у самого Говорухина. Она тряслась от страха, что не сможет, не дотянет, испортит кадр. Даже когда режиссёр говорил: «Стоп! Снято!», она продолжала переживать, что не доиграла или переиграла.
Но Станислав Сергеевич, по её словам, был невероятно терпелив. Он давал ей время, пространство, возможность ошибаться. И только спустя годы, уже став маститой актрисой, Ходченкова поняла: с режиссёрами можно и нужно спорить, предлагать, обсуждать. Но тогда, в начале пути, она просто впитывала каждое его слово.
На вечере, посвящённом 90-летию Говорухина, Светлана сделала признание, которое заставило зал ахнуть. Оказалось, во время съёмок «Благословите женщину» она была безнадёжно влюблена в своего партнёра Александра Балуева. Тогда он об этом даже не догадывался. И только спустя годы, стоя на сцене перед ним и сотнями зрителей, она сказала: «Уважаемый, любимый Александр Николаевич! Это чистая правда!». Балуев, услышав это, крепко обнял актрису. А Говорухин, если бы был жив, наверняка бы хмыкнул: «Ну и дура!».
Флейта, рояль и 40 минут, которые решили судьбу
Аглая Шиловская попала к Говорухину, когда ей было всего 16. Она пришла на пробы в фильм «В стиле JAZZ», и режиссёр, глядя на юную дебютантку, пошутил: «Что такая старая?». Потом спросил, что она умеет.
Аглая ответила: «Играю на флейте, на фортепиано». И тут, словно по волшебству, в кабинете нашлось пианино. Она открыла крышку и, как сама признавалась, «коротенечко, минут на 40 забацала ему концерт». На следующий день её утвердили.
Говорухин так хотел, чтобы этот фильм стал для неё первой ласточкой, что собственноручно написал в титрах: «Аглая Шиловская. Впервые на экране». Для актрисы это стало бесценным подарком. И, кстати, именно он посоветовал ей удалить крупную родинку со лба. Она не сразу, но послушалась. И на вечере, спустя годы, похвасталась этим со сцены.
Гузеева, которой он не поверил
Лариса Гузеева до сих пор, спустя десятилетия, стесняется признаваться, что снималась у Говорухина в «Месте встречи изменить нельзя». В массовке. Ей было 18 лет, и она, наивная провинциалка, приехала в Москву с мечтой познакомиться с Высоцким. Её заманили на съёмки, пообещав встречу с легендой.
Она вышла на площадку, станцевала, а Говорухин, посмотрев на неё, сказал: «Хорошенькая какая! Сними, сними её крупно!». Но Гузеева так стеснялась этого эпизода, что никому о нём не рассказывала.
И только спустя годы, на какой-то вечеринке, когда все немного выпили, она решилась открыться. Подошла к Говорухину и сказала: «Слав, а ты знаешь, что я у тебя снималась?». Он удивлённо ответил: «Да иди ты!». Она напомнила ему ту фразу про «хорошенькую». Говорухин, конечно, ничего не помнил. Но пообещал: «Прям приду домой — и пересмотрю!».
И он, скорее всего, пересмотрел. Потому что для него не было мелочей. Даже массовка была частью его мира.
Коленки не помогли
В какой-то момент Станислав Сергеевич переехал в посёлок Крёкшино, где уже жили его друзья и коллеги — Лев Лещенко, Владимир Винокур и, что важно для этой истории, Наташа Королёва. Певица мечтала сняться у великого режиссёра. Хотя бы в малюсеньком эпизоде.
Она перепробовала всё. Садилась на каждом вечере поближе к нему. Залезала на колени. Но Говорухин был непоколебим. Не сработали ни его колени, ни её коленки. Роль она так и не получила.
А вот жене Винокура, балерине Тамаре Перваковой, повезло. Она знала, чем умаслить друга семьи. Говорухин обожал кататься на коньках. И она просто почистила для него каток. Так и заслужила свой эпизод в фильме «Артистка». Простота, как говорится, гениальнее хитрости.
Тайна, которую не раскрыли
На том самом вечере актрисы рассказывали о Говорухине с такой теплотой, что становилось ясно: он был для них не просто режиссёром. Он был отцом, наставником, а иногда и строгим, но справедливым судьёй. Говорухин знал о женщинах всё. Он не скрывал, что любит их, что свежесть чувств нужна ему для вдохновения. И его вторая жена Галина, с которой он прожил не один десяток лет, была спокойна. Она знала: это часть его творческой натуры.
Но были ли у него романы с кем-то из актрис на площадке? Этот вопрос остался без ответа. Сами актрисы хранят молчание. Может быть, потому что это было слишком личным. А может, потому что ничего такого не было. Просто было уважение, восхищение и та самая химия, которая рождается на съёмочной площадке между режиссёром и актрисой. И которая не всегда перерастает в нечто большее, чем творчество.
Что мы поняли
Станислав Говорухин был не просто режиссёром. Он был архитектором судеб. Он открыл для кино Ходченкову, Шиловскую, дал шанс многим другим. Он мог быть грубым, резким, бескомпромиссным. Но за этой маской скрывался человек, который искренне любил своих актрис. Не как женщин — как созданий, которым он доверил свои фильмы.
И они платили ему взаимностью. Спустя годы после его ухода они выходят на сцену, чтобы сказать ему спасибо. Чтобы признаться в том, что боялись сказать при жизни. Чтобы вспомнить его коронное «Ну и дура!» как самую тёплую фразу, которую можно было услышать.
Он ушёл в 2018 году, но его актрисы помнят. И будут помнить всегда. Потому что таких, как Говорухин, больше не делают. Он был последним из той породы режиссёров, для которых кино было не просто работой, а жизнью. А женщины в этой жизни были главным источником вдохновения.
А вы знали, что у Говорухина был ещё и сын Сергей, который пошёл по его стопам, но ушёл из жизни в 2011 году? И что сам Станислав Сергеевич родился в Березниках, где его мать, портниха, одна поднимала двоих детей?
